Рабочая Информационная Служба

21.11.2008. Недовольны? Тогда почему молчите?

Донеччина. На «конференцию трудового коллектива Макеевского металлургического завода», на которой администрация продавливала «изменения в колдоговор в связи с кризисной ситуацией на предприятии», попасть посторонним, с точки зрения начальства, было почти невозможно. Усиленная вахта заворачивала от дверей ДК им.Кирова всех непонравившихся. «Я не хочу, чтобы пресса присутствовала на нашем закрытом собрании. Я живу в демократической стране и могу себе это позволить», – заявил генеральный директор Э.Цкитишвили. Журналистка Елена Чернухина решила, что директор уж слишком много себе позволяет, и пробралась-таки на конференцию. Вот что она пишет: «Вопросов по окончании конференции у металлургов стало меньше лишь на один. Ответ на самый волнующий они получили: в ближайшем будущем надеяться на то, что ситуация коренным образом изменится в лучшую сторону, не стоит. Решение по внесении изменений в коллективный договор было принято не в пользу заводчан. Существенное сокращение заработной платы, а именно: две трети от тарифной ставки – перспектива металлургов на завтрашний день. Высказать свою точку зрения по поводу услышанного могли и отдельные заводчане. Правда, мнение тех, кому путь на трибуну был открыт, мало в чем отличалось от высказанного первым руководителем. Согласиться и поддержать вынесенное предложение об оплате труда в размере двух третей от тарифной ставки призвали коллег председатель цехового комитета технического управления Людмила Четверус и представитель ЦРПО Анатолий Чернуха. На обоснованный протест зала, мол, а детей чем кормить с такой зарплатой (многим светит ниже всех возможных минимумов), выступающий предложил: «В конце концов, можно подработать где-нибудь. Время есть – на заводе сокращенная рабочая неделя». Да уж, сытому голодного не понять. После всех перипетий делегаты конференции все же перешли к голосованию по основному вопросу повестки дня: о внесении изменений в колдоговор. Металлургам было предложено согласиться со следующей схемой оплаты вынужденных простоев: 100% установленной тарифной ставки оклада (просьба не путать с заработной платой. Это в 2-3 раза меньше) при условии, что работник находится на рабочем месте, и две трети от тарифной ставки оклада, если работник не находится на рабочем месте во время простоев. К принятию такого решения большинство делегатов оказалось попросту не готово, уж больно много непонятных моментов. Принимать столь серьезное решение вслепую, видимо, горели желанием немногие, и зал просто проигнорировал голосование, вообще никак в нем не участвуя. На вопрос председателя профкома Юрия Бутова «Кто за?», подняли карточки для голосования 1/10 присутствующих в зале. А на вопрос «Кто против? Воздержался?» люди просто промолчали. Президиумом этот факт молчания был расценен почему-то, как знак согласия, и решение по основному вопросу все же было принято, цитирую «большинством голосов «за», хотя мнение этого большинства так и осталось невысказанным. Повторюсь, основная часть зала (и это было видно невооруженным глазом) никак не принимала участия в голосовании вообще. Легитимно ли решение, принятое меньшей частью коллектива, и почему точка зрения большинства никого не волнует?»

Комментирование этой статьи закрыто

Свежие новости           Древние новости